Заместитель главы Минюста Олег Свириденко сообщил, что лишь 4% лиц и организаций, включённых в реестр «иностранных агентов» в 2025 году, получали иностранное финансирование.
Остальные 96% получили статус в связи с тем, что, по оценке ведомства, находились под «иными формами влияния» иностранных государств: из 215 признанных «иноагентами» в 2025 году таковыми оказались 206.
По словам замминистра, доля признанных «иноагентами» из‑за зарубежного финансирования ежегодно уменьшается, тогда как темпы пополнения реестра растут: в 2025 году в него включили на треть больше субъектов, чем в 2024‑м.
В 2022 году Министерству юстиции было предоставлено право признавать людьми и организациями «иностранных агентов» тех, кто находится под «иностранным влиянием».
Широкая формулировка понятия «иностранное влияние» фактически расширила круг лиц и организаций, которым можно присвоить этот статус; ранее для включения в реестр требовалось доказать получение средств из‑за рубежа.
«Если бы сейчас этот единственный признак остался, то это было бы всего 4% иноагентов. Где гуляли бы все остальные? А мы бы искали с Росфинмониторингом эти деньги, которых нет. И деньги там и не нужны — там уже другие формы» — Олег Свириденко, заместитель министра юстиции.
- Признание «иноагентом» часто используется как инструмент дискриминации и политического преследования. Люди с этим статусом серьёзно ограничены в правах, а правоохранительные органы регулярно возбуждают уголовные (ст. 330.1 УК) и административные (ст. 19.34 КоАП) дела о неисполнении обязанностей «иноагента».
