Шведская военная разведка заявила о занижении реальной инфляции и масштабов военных расходов в России

Руководитель военной разведки Швеции Томас Нильссон утверждает, что реальные темпы инфляции в России приблизились к 15%, а военные траты фактически поглощают до половины бюджета, несмотря на официально более скромные показатели.

Российские власти, по данным зарубежных спецслужб, систематически приукрашивают ключевые макроэкономические показатели, чтобы создать для внешней аудитории впечатление устойчивости экономики на фоне санкций и рекордных военных расходов. Об этом в интервью британской деловой прессе заявил глава военной разведки Швеции Томас Нильссон.

По его оценке, реальный уровень инфляции в России приблизился к 15% — примерно к текущему значению ключевой ставки Центробанка. Это почти втрое выше официального показателя Росстата, который на конец марта составлял 5,87%.

Согласно официальной статистике, инфляция в стране якобы замедляется: на пике, в марте 2025 года, она достигала 10,34% в годовом выражении, после чего, по отчетности, снизилась примерно вдвое.

Оценки граждан при этом заметно ближе к расчетам шведской разведки. По данным апрельского опроса Центробанка, так называемая «наблюдаемая инфляция» населением оценивается в среднем в 14,6% год к году. Этот показатель в течение последнего года практически не меняется: в сентябре 2025 года россияне говорили о росте цен на 14,1%, а в мае — о 15,5%.

Нильссон утверждает, что действующая система государственного управления устроена таким образом, что даже высшее руководство страны может не получать полной картины происходящего в экономике. «Но даже с той искажённой информацией, которую он получает, уйти от последствий не удастся», — отметил он.

Глава шведской военной разведки согласился с выводами немецкой внешней разведки (BND), согласно которым реальный дефицит российского бюджета в прошлом году приблизился к 8 трлн рублей вместо 5,6 трлн, отражённых в отчётности Минфина.

BND также оценила реальные военные расходы России: по их подсчётам, если учитывать затраты по стандартам НАТО — включая строительные проекты, IT‑услуги и социальное обеспечение военнослужащих, — вооружённые силы фактически потребляют около половины бюджета, а не официально заявленные 30%.

В Стокгольме приходят к выводу, что российская экономика находится в крайне уязвимом положении. «Для неё, по сути, возможны лишь два сценария — затяжной спад или резкий шок. В любом случае движение идёт в сторону финансовой катастрофы», — предупреждает Нильссон.

Несмотря на неблагоприятные экономические перспективы, российское руководство, по оценке шведской разведки, не отказывается от максималистских целей в отношении Украины и воспринимает переговорные инициативы при участии США как «политический театр».

По словам Нильссона, при публичных заявлениях о необходимости контролировать весь Донбасс, реальная стратегическая цель может заключаться в том, чтобы отрезать Украину от Чёрного моря, установив контроль над Одессой, а возможно, и не отказываясь от притязаний на Киев.